0

Правозащитник и музыкант Екатерина Гордон в Воронеже: «Нужно сделать суд максимально публичным, а не заносить деньги»

Воронеж. 03.06.2019. ABIREG.RU – Светская хроника – Жизнь российского юриста, автора-исполнителя и телеведущей Екатерины Гордон скучной не назовешь. Она утверждает, что в медиапространстве и дома она – это два разных человека. В Воронеже Екатерина выглядела открытой, прямой, с «чертинкой» в глазах. На неудобные вопросы о прошлом (куда без них!) отвечала, но заметно без удовольствия. Екатерине больше нравилось позиционировать себя как автора-исполнителя, главу юридической конторы, начавшую набирать предпринимательский вес на громких семейных драмах звезд. «Абирегу» бизнесвумен и профессиональный музыкант рассказала, как зарабатывать на защите «униженных и оскорбленных» в семейной жизни жен, а также почему публичность бизнеса часто оказывается сильнее взяток и других коррупционных инструментов.
– Вы производите впечатление человека, постоянно ищущего адреналин. Это так? Чего вам в жизни не хватает сегодня?
– Я шесть лет назад превратила адреналин в способ заработать. Как юрист и правозащитник, исключительно профессионально ввязываюсь в чужие проблемы. Даже ради этого получила третье высшее образование, сейчас в процессе получения адвокатского статуса.
Адреналин не ищу, я крайне спокойный человек вне работы. Лучший способ времяпровождения – побыть дома, забраться в свою «нору», где нет людей.
– Некоторые бизнесмены в Черноземье избегают публичности – из-за боязни тщеславия, страха перед репутационными или финансовыми потерями. Для вас публичность – просто инструмент или что-то еще?
– Я часто пиарю чужой бизнес. Хожу на федеральные каналы исключительно вместе со своими клиентами. Уже несколько лет условно являюсь «продавцом тем» для телеканалов. Допустим, ко мне обращается публичный человек с яркой историей, но у него нет желания или возможности оплачивать юридические услуги. И тогда я продюсирую его тему.
Бывает, наоборот, мне поступает предложение сделать историю публичной. В частности, можно вспомнить дело об убийстве в Туапсе, которое засветилось в шести федеральных эфирах. Дмитрий Шепелев провел целое расследование, потому что это была последняя надежда. Слоган моей компании – «гласность как средство защиты». В юриспруденции гласность – очень серьезное оружие. Оно помогает с судами в регионах. Мы ездим по многим городам. В частности, гласность стимулирует судью вести публичное дело правомерно, законно. Поэтому публичность для меня – это работа. Я иногда мечтаю, что однажды закрою все свои соцресурсы. Но пока они мне необходимы для рекламы моего бизнеса.
Считаю, что только сумасшедшие люди обнажают свою жизнь, если это не приносит им денег. Я к этому отношусь абсолютно рационально, не скрываю это от подписчиков, зрителей. Сейчас на федеральном канале готовится моя программа, посвященная юридическим расследованиям. Это часть современного мира, и хорошо бы это использовать с выгодой для себя. Единственный невосполнимый ресурс – это время. Если вы не научились его трансформировать в приятные вещи или деньги, вы его теряете зря. Если вы теряете его на страдания, на работу на дядю, который вам не платит…
Мы на ладони во всех отношениях. К примеру, давно все пользуются онлайн-банком, поэтому мы в любом случае публичны. История про черный и белый пиар давно устарела: многие публичные люди показали тысячу раз – лучше иметь дурную, но распиаренную историю, поскольку она потом сможет превратиться в то, что ты хочешь. Причем привлечь внимание даже дурными вещами уже невозможно. Сейчас много каналов, и надо очень постараться, чтобы заметили событие и человека. Я к тому, что в нашем мире привлечь внимание можно с разной палитрой инфоповодов, это вопрос личных моральных принципов. Есть крутые мировые истории, экстремальные и классные вещи одновременно. Вспомните нашумевшую историю, когда во время развода мостов в Питере перед Большим домом ФСБ «вырос» член. Об этом написали все СМИ. Мне это не годится, у меня серьезный бизнес, но на этапе стратапов такими вещами можно пользоваться.
– Ваш давнишний скандал с Собчак – тоже всего лишь пиар-ход, договоренность?
– Комментировать вещи, которые происходили 10 лет назад, странно. Не хочу посвящать этому время в интервью. Безусловно, у каждой медийной персоны есть неприятные ситуации, которые становятся публичными. У меня был драматичный развод, в этом браке я терпела насилие: любая здравомыслящая женщина не будет делать из этого пиар. Это вышло наружу неспециально. Такая ситуация закаляет, с ней нужно разбираться, трансформировать в плюс.
– Среди ваших подзащитных было много популярных «битых» жен. Если смотреть на их истории не с позиции юриспруденции, а с позиции человеческой справедливости, не возникало у вас никогда мысли, мол, сами виноваты, специально спровоцировали?
– «Сама виновата» – это постсоветский первобытный разговор. Никто никогда не виноват в насилии. Если тебе неприятен человек, ты хочешь его ударить, не общайся с ним. Оправдывать насильника нельзя ни в какой форме. Иначе тогда можно сказать, что педофила спровоцировала школьница в короткой юбке. Спровоцировать на зло порядочного здравомыслящего человека нельзя. Поэтому оправдания людям, которые позволяют акты насилия в адрес другого, нет. Это позиция любого просвещенного европейского человека. В азиатской культуре есть другие взгляды, но я к ней не отношусь.
– Екатерина, интересные люди с захватывающими историями из Черноземья вам встречались?
– Мой дед был градоначальником Орла, где я проводила лето. Мы жили в «ЦК-овском» доме. Для меня это были счастливые времена, я переплывала Оку.
Очень люблю Черноземье. В Воронеже до этого тоже была, сохранились одни положительные эмоции. Город меняется в лучшую сторону.
Я не могу рассказывать частные истории, с которыми ко мне обращались из вашего города. Не все ведь дела публичные. Моя компания обслуживает и юрлиц, в частности, мы работали с сельхозкомпанией из Воронежа. В Барнаул я лечу защищать пивной заводик. Недавно «Союзмультфильм» предложил нам абонентское обслуживание. Мое главное направление – бизнес-рехаб: защита бизнеса от рейдерских историй, в которой участвуют иногда госорганы.
– Так случилось, что PR-агентство «Абирег» занимается тем же. Кого и от кого сейчас отбиваете, можете рассказать?
– Мебельный завод в Мытищах. Изначально моя компания специализировалась на защите публичных людей, которые обслуживались у меня годами: Анфиса Чехова, Рита Дакота. Сейчас мы утяжеляемся, выбрав серьезное направление, связанное с бизнесом. В стране, где непросто создавать свое производство, нужно сплотиться и защищать свое дело: малый, средний, а порой и крупный бизнес. Любой владелец компании, и я в том числе, скажет: когда ты заплатишь все налоги, произведешь расчеты по зарплате, хочется какой-то поддержки от государства или послаблений. Ты понимаешь, что может прийти любой проверяющий, который найдет к чему придраться. Это происходит часто, поэтому бизнес-рехаб – это актуально.
– Не боитесь?
– Нет. Мы за это время наработали и ресурсы, и связи. И я понимаю, как с этим работать. Если ко мне придут с историей, связанной с бизнесом первых лиц, то я в нее не впишусь – не потому что страшно, а потому что ничего не смогу сделать. Никакие «решалы» и их услуги сейчас не работают – нужно сделать суд максимально публичным, а не заносить деньги. Правда на нашей стороне.
– Как вы начинали свой бизнес-путь? Где, у кого и сколько взяли на первоначальный капитал?
– Начнем с того, что я сама занималась своим разводом. Мне поначалу помогал адвокат Добровинский, но я не была довольна. Мне пришлось выступать в суде самой. Семейное право – непаханое поле, 99% юристов как-то брезгливо и спустя рукава работают в этой области. Клиенты уверены, что за алименты бороться не стоит. Адвокаты не интересуются этой темой, потому что много на ней не заработаешь.
Сначала у меня появилась идея. Я подумала: если поставить на поток народную компанию, то можно честно зарабатывать. У Добровинского была помощница Марина Дубровская, она ныне адвокат. Я ей предложила создать компанию. У нее были обеспеченные родители, в отличие от моих, они дали нам помещение. Все остальное сделала я. Компания называлась Saferoom – комната юридической и психологической помощи. В семейном праве люди часто находятся в психологическом кризисе и нуждаются в помощи. Так как по первому образованию я психолог, мы объединили работу психологов и юристов, стали приглашать первых публичных персон. Так, мы провели развод Грачевскому, помогали Кате Архаровой после избиения Башаровым. И потихонечку нащупали свою золотую нишу. Как журналист с десятилетним стажем я прекрасно разбираюсь в том, как устроены медиа, как подать историю так, чтобы о ней заговорили. Мы выработали наш голос. И понемногу, обслуживая часто бесплатно известных людей, мы раскрутили компанию. Мне не нравилось, как работали юристы и адвокаты на аутсорсе, и я стала выступать в судах сама. Когда меня стали обвинять в отсутствии юридического образования, я его получила в ведущей юридической академии им. О. Е. Кутафина, и у злопыхателей отпали аргументы.
Дальше мы с Мариной пошли разными путями. Моя цель – сделать профессиональную сетевую юридическую компанию, которая будет представлена в регионах. Сейчас открываем филиал в Питере. Возможно, откроем и в Воронеже.
– Как человек, нашедший в море своих талантов способность к управлению, можете дать лайфхак, как распознать, бизнесмен ты, управленец или кто-то иной. Ведь часто люди тратят жизнь, занимаясь не своим делом, для некоторых бизнес оказывается чемоданом без ручки, потому что они не могут себе признаться: «Это не мое».
– Изначально в каждом человеке от природы заложены определенные черты характера. Помню, в школе я любила рассказывать анекдоты. Если изначально ты можешь быть интересен другим, то способен на них влиять. Остальное зависит от позиции. Есть умнейшие люди, которые ни за что не хотят быть управленцами. Кто-то является серым кардиналом и, не вызывая огонь на себя, зарабатывает не меньше, чем начальник. Сначала нужно разобраться в себе и дальше уже нарабатывать практику.
– Если позволите, напоследок личный вопрос. Александр Гордон как-то выразил мысль, что из всех бывших жен с вами у него самые плохие отношения – дружеские. Думаю, многим будет интересно узнать, как это возможно.
– Мне он говорил, что сказал это с любовью. Мы общаемся, нам даже предлагали вести совместно проект, но у Юлии Барановской это вызвало стресс. Видимо, она понимает, что я смогу стать ведущей куда более яркой, чем она. Вообще проект «Гордон vs Гордон» – это была бы крутая история, думаю, она когда-нибудь воплотится. У нас с Сашей приятельские отношения, мы друг друга стебем. Он мне иногда говорит: «Верни фамилию!», а я: «Верни молодость». Мы друг для друга староваты: и я, и он предпочитаем спутников помоложе.
– Все-таки вы не ответили на главный вопрос: как расстаться и сохранить приятельские отношения?
– Мы просто пережили всю любовь. Больше ничего не делили. Расстались спустя шесть лет с благодарностью другу к другу. Он научил меня читать книги, показал мир, я всем желаю иметь такого первого мужа. Просто есть желания и у меня, а с Сашей должен быть такой человек, который будет полностью посвящать себя ему, и он вроде как его нашел, счастлив. Я не готова посвятить себя кому-то одному: ни сыновьям, ни мужчинам. Но это мое прошлое. А у меня интересное настоящее. Вскоре выйдет музыкальный проект. До недавнего времени я им занималась спустя рукава. Писала музыку, проскальзывали даже хиты – Ани Лорак исполнила «Забирай рай», «Уходи по-английски». Но заниматься полноценно музыкальной деятельностью не было времени. Теперь я хочу развиваться в этом направлении. Скоро выйдет первый мой профессиональный трек. Сейчас собрана команда: продюсер Лободы Нателла Крапивина, Артем Иванов, Игорь Логинов. Думаю, начнем покорять и эти вершины. Буду создавать красивые видео, профессиональные аранжировки, а не так, как раньше, – на коленке. Недавно собрали достаточно большой зал в Москве, в «Мюзик-Холле». Значит, моя музыка кому-то интересна.
Фото взято из профиля Екатерины Гордон в InstagramСветлана Горбачева

Источник

Admin

Добавить комментарий